Антисоветские партизаны в Литве - герои или преступники?

В современной Литве множество памятников участникам антисоветского подполья. Но не все жители готовы согласиться с тем, что после Второй мировой войны все партизаны были идеалистами и боролись исключительно с советскими властями.

Живых свидетелей тех событий становится все меньше, а споры об исторической правде доходят до европейских судов и выливаются в дипломатические скандалы.

Пани Онуте ухаживает за могилами бабушки и двух тетушек. Она рассказывает, что ее родственники были убиты людьми, которых литовские власти объявили героями - антисоветскими партизанами.

После восстановления независимости рядом с домом матери пани Онуте появился памятник партизанам.

"Так мама говорила: пойду и разобью! Потому что ее мать была застрелена ими - и две молодые сестры. Но моя сестра ее не пустила. Сказала: если разобьешь памятник, то штраф наложат или в тюрьму посадят", - рассказывает пани Онуте Русской службе Би-би-си.

В современной Литве участники антисоветского сопротивления считаются героями. Им устанавливают памятники и мемориальные доски. Но простые жители окрестностей литовского города Друскининкай называют партизан бандитами и описывают другую сторону антисоветского сопротивления.

В 1940 году Литва была оккупирована Советским Союзом. Коммунистическая власть депортировала и сослала в Сибирь около 270 тысяч человек, треть из них погибла. На этом фоне в Литве началось антисоветское сопротивление.

В 1941 году пришли гитлеровцы с новой волной насилия, в 1944 они отступили, вернулась советская власть. Литовское сопротивление ушло в подполье.

Так началась партизанская война, которая длилась еще десять лет после окончания Второй мировой войны и обернулась тысячами жертв среди гражданского населения.

Партизанская война по сей день вызывает не только споры среди историков, но и реальные дипломатические конфликты, а также судебные дела в Литве и Европейском суде по правам человека.

"Идеальная невидимая армия"
Альбинас Кентра был антисоветским партизаном. Сейчас ему 92 года. Его отец умер от сердечного приступа после прихода советской власти - "не смог этого пережить".

"Они начали террор, аресты людей, разрушение нашей экономики, - говорит Кентра. - Мы 20 лет жили в независимой Литве. Мы создали прекрасную страну. Я помню, все села по вечерам пели. Когда пришли русские, люди перестали петь".

Когда в 1944 году советские войска вытеснили немцев, Кентре было 17 лет. У него было двое старших братьев и две младшие сестры. Он вспоминает, как мать собрала детей и сказала, что теперь они взрослые и "должны защищать Литву и литовцев".

Семья построила бункер под собственным домом, а старший брат стал командиром одного из партизанских отрядов. Участие в этом, по его словам, принимала вся семья.

Кентра рассказывает, как они годами скрывались в лесах, жили в бункерах и домах людей, "которым можно было доверять".

Еду давали местные жители. Бывший партизан говорит, что простые литовцы поддерживали сопротивление, чем могли, и делали это добровольно.

Партизанские ячейки появились по всей Литве. По оценкам литовских историков, они насчитывали до 50 тысяч вооруженных бойцов, еще примерно столько же участвовали в сопротивлении без оружия, будучи, как говорят историки, "связными".

В 1949 году партизаны провели общенациональное собрание, установили централизованное командование и утвердили декларацию независимости Литвы. У них была своя подпольная типография и своя подпольная академия. Кентра называет это "идеальной невидимой армией".

"[Советские] солдаты везде нас поджидали. И все равно: взрослые и дети сообщали нам, где враги. Это была оборона национального масштаба", - вспоминает он.

Власти объявили борьбу с партизанами одним из своих приоритетов: их активно искали и арестовывали.

Один из лидеров партизанского движения Адольфас Романауска-Ванагас был арестован в 1956 году. После ареста врачи констатировали многочисленные раны, выколотый глаз и частично удаленные половые органы. Ванагас выжил, его отправили под суд и приговорили к расстрелу.

Кентра говорит, что партизаны "не боялись умирать за Литву, потому что знали, что умрут". Чего они не знали, так это того, что ни США, ни другие страны помогать им не собираются.

"Мы не знали последствия Ялтинской конференции, ее держали в секрете. Мы ждали, что наши друзья из США и других стран придут, - продолжает Кентра. - Наши партизаны были так хорошо экипированы, что если бы была помощь извне, то мы освободили бы Литву за несколько дней".

Кентра был арестован в 19 лет. Семь лет отсидел в лагерях. Партизанская война продолжалась до середины 1950-х. Последний арест по делу о литовском вооруженном подполье был в 1965 году.

По словам литовского историка Миндаугаса Поцюса, больше тысячи партизан были приговорены к смертной казне, около 20 тысяч были убиты в боях. Тысячи были арестованы и отправлены в лагеря.

Найденные в прошлом году останки Ванагаса были перезахоронены с почестями. А 2018 год был официально объявлен годом его памяти. В Литве установлено три памятника в его честь, еще один недавно появился в Чикаго.

Общее число памятников партизанам неизвестно, но их можно найти даже в самых маленьких городках страны.

Только вот у некоторых жителей этих городков совсем иные личные воспоминания о послевоенном периоде - им больно видеть, как партизаны становятся героями.

庇荫生态保护与埃塞俄比亚北部的“圣林”

埃塞俄比亚北部的德伯雷泰伯镇（Debre Tabor）附近的教堂森林里，一群孩子挤在非洲杜松树荫下听故事。我们一行12个人（看起来明显是外国人）走近树林，三个女人从路边走过，她们的交谈声透过浓密的树林传了过来。

孩子们发现我们来到树林边，即沿着尘土飞扬的小路向我们跑来，他们跳过一堵低矮的石墙，躲到树枝下，好奇地接近我们。我身边是一群研究人员，由纽约州科尔盖特大学的生态学家卡德勒斯博士（Dr Catherine Cardelús）带队来了解这里的森林生态。这些孩子们已经是这方面的专家了，因为他们在这座树林里长大，这也是他们唯一见过的森林，他们对这里了如指掌。

我现所在的这片森林被称为“圣林”。在埃塞俄比亚还有一千多片这样的森林以近乎完美的格子状分散于各地，每片森林都守护着位于其中心的一座传统埃塞俄比亚正教教堂。根植于当地人民社会和精神生活中，这些整齐分布的小森林彼此之间相隔约2公里，所以任何当地人都离教堂不远。埃塞俄比亚森林教堂担当了很多社会功能，比如说社区中心、集会地点、学校、宗教仪式举行地、埋骨之地甚至是厕所，也为长途跋涉者洒下仅有的一片阴凉。有些圣林很容易找到，比如说塔纳湖上的岛屿森林，从巴赫尔达尔城（Bahir Dar）出发，坐半个小时船即可到达，而我现在所在的地方，贡德尔南部、巴赫尔达尔以东的乡村山区，教会森林就难找得多了。

每片森林在这片土地上都十分显眼，因为在埃塞俄比亚经历过大规模乱砍滥伐后，这是该国仅存的绿色地。有些圣林已有一千多年的历史，这些珍贵的树木得以保存下来要归功于“庇荫生态保护”，即一种因宗教信仰所附带产生的生态保护现象。即便如此，圣林面积依旧很小，并且仍受到道路、房屋和田地扩张的威胁。矛盾的是，人类既要保护这些森林，又对这些森林的存亡构成了最大的威胁。

一位埃塞俄比亚正教会的教士来到森林边，经过翻译的解释，他知道了我们来这儿的目的是探究当地人与他们作崇拜的森林之间的关系。他点了点头，然后我们跟着他沿着尘土飞扬的小路走进森林，将田间蒸腾的热气留在了身后。

每片森林的平均面积只有五个足球场那么大，所以用不了几分钟就从外缘走到了中间的教堂。森林中的树木以环状排列，围绕着中间的一块空地，形状酷似甜甜圈。空地被石墙环绕着，中间坐落着一座圆形教堂，顶部点缀着华丽的十字架，红、黄、绿三色醒目地勾勒出屋顶的轮廓。后来我才知道，教堂和这堵墙之间的距离传统上被描述为“40臂之遥的天使”。

教士解释说，教堂森林之所以神圣是因为每座教堂里都收藏着一个“塔波特”（Tabot），据说是原版约柜的摹本。“塔波特”圣洁的光环从中心向外扩散，所以离教堂越近的地方就越神圣。圣林中的树木也是如此，它们与教堂融为一体，被视为教堂的一件衣服，这就是为什么只有离教堂最近的一小圈树木得以被护下来，构成了一片片被田野包围的小森林。

然而，小森林更易受到人类活动和自然灾害的影响。在过去的几十年里，埃塞俄比亚大面积的森林遭到滥砍滥伐。如今，埃塞俄比亚的森林覆盖率只有5%，而在一世纪前，这一数字高达45%。虽然消失的主要是森林之间的树木，但圣林也受到了间接的影响。

我和队里的地理学家斯库尔博士（Dr Peter Scull）盘腿坐在林边，看着农夫赶牛穿过旁边的田地。斯库尔告诉我，研究小组是如何利用历史影像记录来精确定位、测量大小，并确定在过去一个世纪里森林地貌发生了怎样的变化。想不到为战争所开发的技术现在正在助力保护教堂森林。

斯库尔解释说，上世纪30年代末，占领埃塞俄比亚的意大利军队对埃塞俄比亚进行了航拍，并在1941年撤退时把这些照片储存在弹药箱里，直到2014年，在埃塞俄比亚测绘局位于亚的斯亚贝巴的地下室里才发现了意大利军队遗留的8000张照片。

二战结束后的上世纪60年代，美国的科罗纳卫星测绘计划也包含了这个地区。“科罗纳”是美国首个空中摄影侦察间谍卫星，于冷战高潮时期发射，用于识别前苏联可能的导弹发射场。1995年，美国前总统克林顿（Bill Clinton）解密了这批图片，研究人员将这些历史照片与现在谷歌地球的照片进行对比后发现森林的边界其实并没有缩小，而且，事实上一些森林反而还扩大了，因为当地人民为了获取木材种植了非本地树种的桉树。

但图像显示，历史上教堂森林之外还生长有树木和灌木，起到了缓冲带的作用，保护树木免受风沙侵蚀和温度湿度变化的影响。在过去的几十年里，缓冲带里的树木被用作建材和燃料，林地也变成了田地。森林和田地之间没有任何过渡，缓冲带就这样完全消失了。

此外，从照片里我们还可以看出，原来的森林十分密实，而现在阳光可以通过稀疏的树木照射进原密不透光的林间。随着森林间树木的减少，每一片森林都成为了动植物的孤立栖息地。从空中俯瞰大地，散落的绿色森林就像挤在一起寻求保护的幸存者。

然而，仅通过航拍我们无法得知生长树木的种类、幼苗的数量，以及土地是否有植物所需营养和人类活动造成了多大的干扰。所以，我们需要派出“地面部队”。

我们这群研究者花了整整一天收集土壤和植物树叶样本，比如说非洲李（一种树冠宽大的非洲樱桃）和非洲杜松（当地一种生长缓慢的树木，过去数量丰富时用于建造教堂）。围在我们身边的孩子们刚开始都很害羞，但没过一会就争着用阿姆哈拉语喊出树木的名称，听完我们模仿的发音后哈哈大笑。有些孩子问我们：“这是不是你们见过的最美森林？”

然而，我们并非置身苍翠繁茂的热带雨林或北美无边无际的针叶林。像这样的森林，有许多人造的痕迹，如小路、楼房和空地，往往还有大片杂草般的植物，抑制了其他植物的生长，同时还有太多非本土树种，侵占了本土物种的地盘。

这些森林充满生机，但却并不健康。现在孩子们在森林里跑进跑出、嬉戏玩耍，但当他们要承担起管理工作的时候，就会开始担心这些遗留的问题。

一片健康的森林应有浓密茂盛的树冠和生长于林下叶层的树苗。生态学家伍兹博士（Carrie Woods）指着树冠说：“我们去过的森林有的树确实很粗壮美丽，但问题是，你往下看，就会发现树下满是杂草和岩石。”某些森林里，根本没有幼苗。